• Save

Почему развалилось дело о двойном убийстве в Курземе?

На заседание суда Курземского района в Кулдиге оба обвиняемых явились добровольно, а на скамье подсудимых сидели в метре друг от друга, не переговариваясь между собой. Когда-то их объединяло хобби — они искали в лесах старинные вещи при помощи металлодетектора, но когда полиция стала расследовать исчезновение двух людей, живших в местечке Эдоле Кулдигского края, их отношения заметно ухудшились. Позже одного из них обвинили в убийстве, а другого — в подстрекательстве и содействии.

Вину они стали валить друг на друга. В день, когда оглашалось решение, Айгарс Екабсонс и Наурис Ратниекс покинули зал суда оправданными по делу о двойном убийстве. Теперь оно будет рассматриваться в суде второй инстанции.

Решение было обжаловано пострадавшими, прокурором и одним из обвиняемых, который остался недоволен наказанием — лишением свободы на один год и шесть месяцев за ношение и хранение оружия.

Убийство пожилой женщины и ее сына произошло за десять лет до того, как дело стали рассматривать в суде первой инстанции — в конце 2009 года. Тела убитых, погребенных в лесу Падурской волости Кулдигского края, нашли только 16 июля 2016 года. На их точное местонахождение правоохранительным органам указал Ратниекс, которого задержали по другому делу.

«Вдумайтесь, может ли такое быть, что я, сильно напившись, стал бы из-за какой-то несуществующей лодки подстрекать его застрелить двоих людей?» — после одного из судебных заседаний заявил Ратниекс автору этой статьи, журналисту газеты «Kurzemnieks». Он отрицает подстрекательство. По его мнению, во всех его несчастьях виноват алкоголь, который он употреблял ежедневно. Но теперь он изменил свой образ жизни: вместе с семьей, где подрастают маленькие дети, он переехал в другой край. Постоянной работы у него нет, но он художник и благодаря своим талантам зарабатывает на жизнь. Находившийся неподалеку от нас Екабсонс предложил совершенно иную версию: «Он мне сказал, что закопал двоих. Показал место недалеко от моего дома. Я знал, но молчал».

Изучив все доказательства, собранные в рамках уголовного дела, суд Курземского района 5 августа прошлого года вынес решение — вина обвиняемого Екабсонса в преступлении, совершенном при особо отягчающих обстоятельствах — двойном убийстве, и обвиняемого Ратниекса в подстрекательстве и содействии в убийстве при особо отягчающих обстоятельствах не доказана. Несмотря на то, что прокурор Юрис Сидерс попросил для обвиняемых пожизненного заключения, их признали невиновными и оправдали. По мнению суда, уголовное дело по факту убийства необходимо передать прокуратуре для проведения предварительного расследования. Судья Дайна Алксне уже подготовила решение о поверхностном расследовании преступления и нарушениях, допущенных должностными лицами.

Лужи крови на снегу и привязанная собака

В 2009 году с хутора «Абелькрогс» в местечке Эдоле Кулдигского края пропало два человека — 82-летняя Зелма Войцеха и ее 57-летний сын Харийс Аустерс. Сосед забеспокоился, что из трубы дома давно не поднимался дым, поэтому решил зайти в дом и обнаружил, что он пуст. Двери не были заперты, а из-за того, что на улице стоял мороз, внутри было холодно.

 

После этого сосед забил тревогу, и в «Абелькрогс» приехала сестра Зелмы, другие родственники и полиция. На снегу во дворе расплывались две большие лужи крови, в других местах на снегу тоже остались кровавые отпечатки — будто кто-то чистил руки. Единственным живым существом, обитавшем на хуторе, была собака, привязанная на цепи, а неподалеку нашли тапочку Зелмы. На подоконнике обнаружили телефоны обоих пропавших, на столе — блокнот и другие вещи.

В Кулдигском участке Курземского регионального управления полиции начали уголовное расследование, но несколько лет оно не давало никаких результатов.

Родственники обоих пропавших считают, что расследование проводилось поверхностно. Одна из пострадавших рассказывает, что Войцеха жила в Вентспилсе одна, а к сыну отправилась погостить на Рождество. Когда сосед забил тревогу, заподозрив неладное, пострадавшие приехали в «Абелькрогс». В паре метров от входной двери они увидели пятна, похожие на кровь и лужу крови, отпечатки на снегу и дорожку капель крови, протянувшуюся на 200 метров в сторону Эдоле. Полицейские сказали, что это, скорее всего, кровь животных, а пропавшие, возможно, отправились к родственникам.

 

Позже на вопросы о ходе расследования и результатах пострадавшие получали ложную информацию, и у них сложилось впечатление, что полицейские отговариваются. Сначала говорилось, что в найденном автомобиле, который принадлежал Ратниексу и в котором нашли тела Аустера и Войцехи, были обнаружены пятна крови, но затем экспертиза этого не подтвердила. Позже по факту халатности при производстве расследования в полицейском участке была проведена прокурорская проверка.

Останки исчезнувших при туманных обстоятельствах родственникам передали только в 2017 году. А дом через пару лет после исчезновения Харийса и Зелмы пострадал от пожара, и от него остались одни развалины (на фотографии).

Улик было достаточно, считают следователи

Через семь лет после исчезновения Хайриса и его матери, в 2016 году, дело попало в руки отдела раскрытия убийств и поиска людей Главного управления криминальной полиции Государственной полиции.

«Мы переняли дело у Курземского региона, и в течение двух лет в ходе расследования проделали очень внушительный объем работ. Несмотря на то, что на тот момент прошло семь лет с момента двойного убийства, мы сотрудничали с другими правоохранительными органами и провели внушительный комплекс розыскных мероприятий. В результате нам удалось найти останки убитых в лесном массиве, где они были погребены, идентифицировать, изъять огнестрельное оружие, использовавшееся для убийства, выяснить обстоятельства преступления, мотивы. Мы получили и подтвердили улики», — рассказывает главный инспектор Янис Капостиньш.

 
 

По его мнению, учитывая все факты, выясненные во время уголовного процесса, доказательства в целом и их взаимосвязь, в рамках расследования было собрано достаточно улик для того, чтобы привлечь лиц к ответственности за убийство двух человек.

Местонахождение убитых следователям показал один из обвиняемых — бывший житель Эдоле Ратниекс, который был задержан в рамках расследования другого уголовного дела. Слова Ратниекса подтвердились, тела убитых действительно были погребены в лесу, в паре десятков метров от шоссе Кулдига–Вентспилс, в паре сотен метров от дома второго обвиняемого по уголовного делу Айгарса Екабсонса. В доме Екабсонса нашли оружие, и экспертиза подтвердила, что именно из него были застрелены пропавшие. В рамках расследования обвиняемые были задержаны, но через пару месяцев их отпустили.

Прокурор заявил, что сомнений нет — оба мужчины совершили преступление после совместного употребления спиртных напитков. Ратниекс поссорился с Аустерсом из-за резиновой лодки, поэтому он стал подстрекать Екабсонса, который и застрелил своих жертв.

 

На суде Ратниекс сказал, что никакой лодки у него никогда не было и он никому ее не давал. Его супруга тоже подтвердила, что никогда не видела лодки, и поэтому она не могла стать причиной для подстрекательства.

Другой свидетель заявил, что около восьми вечера к нему домой приехали обвиняемые и поинтересовались, где живет Аустерс. На тот момент свидетель сам находился в алкогольном опьянении и допустил, что обвиняемые тоже были пьяны. Свидетель предоставил им адрес Аустерса, жившего от него в семи-восьми километрах. Екабсонс показал ему оружие, которое он взял с собой. Один из свидетелей сказал, что Ратниекс был бы хорошим человеком, если бы не пил. Под действием алкоголя он становится агрессивным, неконтролируемым и ему нравится хвастаться.

Что говорили жены обвиняемых

Согласно версии обвинения, после убийства трупы были погружены в красную Mazda 323 Ратниекса — один на заднее сиденье, другой — в багажник, и отвезены в лес Падурской волости Кулдигского края. Дома у Екабсонса обвиняемые взяли лопату и закопали убитых.

 
 

Свидетель, который после трагических событий в «Абелькрогсе» поменялся с Ратниексом, отдав ему мотоцикл взамен автомобиля Mazda 323, сказал, что в багажном отделении была повреждена пластмасса, на заднем сидении он увидел пятна, похожие на кровь, а в багажнике — что-то похожее на маленькую кость или зуб. Он допустил, что это мог быть зуб лесного животного. На автомобиле он проездил пару недель, а затем поменял его в центре приема металлолома на другую машину.

Супруга Ратниекса на суде свидетельствовала о том, что не знает, почему ее муж продал автомобиль. За 13-14 лет, что она жила вместе с Ратниексом, она никогда не видела у него лодки, он никогда не ходил на рыбалку. После того, как Ратниекса задержали, она побывала у него в тюрьме, где он ей сказал, что не виновен в убийстве и продал автомобиль потому, что там воняло трупами и были пятна крови.

Жена Екабсонса на суде заявила, что в день, когда произошло двойное убийство, она приехала домой вечером и застала там мужа. Он был совершенно трезвым либо немного выпившим, но совершенно точно не был пьяным. Они спали, когда около полуночи кто-то стал стучать в дверь. Жена разозлилась, что им мешают, а муж ушел поговорить. Когда он вернулся, то рассказал, что приезжал Ратниекс, чтобы попросить лопату, так как он не может въехать на пригорок. На улице было снежно и скользко. На следующий день у нее был выходной, и они вместе с мужем обнаружили, что лопату им не вернули.

«Полиция работала непрофессионально и поверхностно»

 

Однако, вопреки мнению полиции и прокуратуры относительно того, что по этому делу было собрано достаточно улик, суд Курземского района постановил, что обвиняемые в убийстве невиновны.

Судья Дайна Алксне оправдала мужчин, обвиняемых по делу о двойном убийстве, потому что в рамках досудебного расследования не было проведено полного расследования и выяснения обстоятельств, не было обеспечено прокурорского надзора и надзора должностных лиц полиции. В течение шести лет — с 2010 года по 2016 год не проводилось никакого расследования.

  • Save
FOTO:LETA

«Суд констатировал, что полиция работала непрофессионально и поверхностно. Не было должным образом осмотрено место преступления, не были изъяты предметы со следами преступной деятельности, необходимые для расследования, не было проведено подтверждение изъятых вещественных доказательств и не было обеспечено их хранение в соответствии с требованием закона, в результате чего некоторые изъятые вещественные доказательства пропали. Фотографии, сделанные в ходе осмотра места происшествия, не были закреплены в деле в качестве вещественного доказательства. А на месте происшествия — в доме «Абелькрогс» в ходе осмотра развалин, проходившего в 2016 году, было найдено вещественное доказательство — предмет, похожий на пулю, который не был обнаружен в ходе первичного осмотра в 2009 году. Из-за сильной коррозии он больше не годен для проведения экспертизы», — объяснила судья Алксне в своем сообщении на портале tiesas.lv

 

Также суд констатировал поверхностный характер, который носила подготовка процессуальных документов — несовпадения в определении места и времени изъятия вещественных доказательств. После рассмотрения нескольких вещественных доказательств решением было принято отдать на хранение только одно вещественное доказательство, которое даже не относится к этому уголовному делу. К тому же, указанное в протоколе осмотра вещественных доказательств время не совпадало со временем изъятия вещественных доказательств и их передачи на экспертизу. Автомобиль был отдан владельцу и не был признан вещественным доказательством.

Доказательства, проверенные в процессе судебного расследования, не подтвердили вину обвиняемых в соответствии с предъявленным прокурором обвинением, признает судья. Она считает, что прокурор описал преступления, основываясь на предположениях, а не на доказательствах.

Валят вину друг на друга

«Меня там не было, я этого Харийса не знаю, я с ним никогда не выпивал. И о каких лодках идет речь, совершенно не понимаю. У меня никогда не было лодки», — так автору статьи, журналисту газеты «Kurzemnieks», после одного из судебных заседаний заявил Ратниекс. Раньше Екабсонс не предлагал ему вместе выпить, но в тот день предложил, даже сам купил спиртное.

 

«Он не пил, предлагал мне. Сказал, что ему ром не нравится. Сказал, что не хочет выливать, чтобы я выпил, — сказал Ратниекс. — Я, как алкоголик, его и выпил. Тогда он стал всем звонить насчет каких-то долгов. Я ехал на машине, я все время ездил по округе выпившим. Заехали в тот дом, но я сильно напился и спал в машине. Поначалу казалось, что его [Екабсонса] с шампанским встречают, потому что я услышал хлопки. Потом уже понял, когда увидел по новостям в «Degpunktā». Да, теперь мне грозит пожизненное заключение за то, в чем я никогда не участвовал. Вдумайтесь, может ли такое быть, что я, сильно напившись, стал бы из-за какой-то несуществующей лодки подстрекать его застрелить двоих людей? У меня большая семья, маленькие дети, о каком подстрекательстве может идти речь? Так любому можно сказать, что ты его знаешь, вместе пил и подстрекал».

От машины он хотел избавиться потому, что знал — там находились тела умерших, и он не хотел возить свою семью на такой машине. Полиции он не сообщил потому, что испугался, что и его могут убить.

 

У Екабсонса — другая версия. Он рассказал, что знал о совершенном преступлении, которое, по его словам, совершил Ратниекс, но молчал, потому что боялся, что в противном случае ему придется опасаться за свою жизнь. «Я шокирован! Он в ссоре признался, что сделал это, теперь говорит, что боится меня, хотя я его не вижу и не хочу видеть», — говорит Екабсонс.

События того вечера он описывает следующим образом: «Мне казалось, что дом, куда мы вместе заехали — это совсем не «Абелькрогс». Я не был пьян, но не был знаком с этой местностью, поэтому и не признал. Он в тот вечер приехал ко мне. Поехали в Эдоле за пивом. Когда мы ехали обратно, то заехали к [называет имя человека, который проходит по делу в качестве свидетеля — авт.]. Он стал обвинять Науриса в том, что тот обокрал его. Мне стало стыдно, что я вместе с таким приехал к людям. Посидели там полчаса, немного дольше, маленькая девочка принесла поднос с бутербродами. Наурис достал пистолет. Я отнял его у совершенно другого человека, который приехал ко мне и хотел пострелять. Я сказал, что никакой стрельбы не будет, и отнял его. Оружие осталось у меня. Я его показал Наурису, и он все время хотел у меня этот пистолет забрать. Он хотел его опробовать. Мы приехали ко мне, он уехал. Потом он приехал среди ночи, попросил лопату, вроде как не мог въехать на пригорок. На следующий день я увидел, что лопаты нет, стал искать Науриса. Он мне сказал, что закопал двоих. Показал это место недалеко от моего дома. Я знал, но молчал».

Решение суда стало неожиданностью для всех

 

После судебного решения родственники убитых попросили государство предоставить им адвоката, чтобы добиться пересмотра дела и вынесения, по их мнению, справедливого решения. В дальнейшем их интересы представлял присяжный адвокат Гунта Лайзане.

Первое решение, вынесенное судом, она комментирует следующим образом: «Не могу оценить работу суда, но думаю, что такой результат — не судебная ошибка, а у судьи сложилось впечатление, что доказательства по делу недостаточны для того, чтобы с уверенностью обвинить этих людей в содеянном. Нередко решения оказываются не такими, как ожидалось — но не потому, что человек этого не делал. Решение может быть обусловлено и юридическими аспектами. Возможно, в рамках расследования что-либо было неточно оформлено или сделано, обвинение предъявлено неточно. По разным причинам результат может быть таким, как в этом случае».

После решения суда первой инстанции были удивлены не только родственники убитых, но и один из обвиняемых. «Я не радуюсь. Все-таки люди умерли», — сказал Ратниекс. Но еще не все окончено — ожидается рассмотрение дела в суде второй инстанции.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

  • Save

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

HTML Snippets Powered By : XYZScripts.com
0 Shares 76 views
Share via
Copy link
Powered by Social Snap

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: